Случайный просмотр в раздевалке

День выдался паршивым. Смена на заводе выжала из меня всё, в ушах до сих пор стоял гул станков, а спина ныла так, будто по ней проехал грузовик. Вернувшись домой, я даже не стал снимать куртку — просто завалился в ванную, чтобы умыться и хоть немного прийти в себя.

На стиральной машине лежал смартфон моей дочери Алисы. Она вечно его где-то теряла. Экран вспыхнул от уведомления, и я, чисто по привычке, разблокировал его. В галерее висело несколько новых видео. Не знаю, почему, но идиотское любопытство взяло вверх. Я нажал на первый ролик, ожидая увидеть что-то из разряда «посъёмки с прогулки» или «записи с лекции».

Но экран тут же заполнилось чем-то совершенно иным. В кадре была Алиса, в одном кружевном белье, которое я никогда не видел на ней. Она была втроем с двумя парнями, в какой-то просторной студии. Помнится, она говорила, что пробует себя в актерстве. Видимо, это был один из тех «экспериментальных» проектов, о которых она умолчала.

Сначала я хотел зайти в комнату и отчитать её за то, что она снимается в такого рода контенте. Но слова застряли в горле. Видео было снято очень качественно. Алиса выглядела потрясающе: её кожа блестела, губы были влажными, а глаза выражали такую жажду, которую я не видел в ней никогда.

— Господи, — прошептал я, чувствуя, как внизу живота начало формироваться тяжелое, горячее напряжение.

Один из парней, высокий широкоплечий блондин, притянул её к себе, заставляя прогнуться в спине. Алиса тихо, почти неслышно застонала, и этот звук, даже через динамик телефона, отозвался во мне странным эхом. Второй парень, смуглый и мускулистый, аккуратно присел сзади, разводя её бедра.

Я замер, забыв про умывание. Мой взгляд приковала её грудь, которая колыхалась в такт движениям. Она выглядела такой хрупкой и одновременно податливой. Мои пальцы сами собой нажали на кнопку громкости, чтобы слышать отчетливее. Слышно было, как их дыхание слилось в один сбивчивый ритм, как шлепала плоть о плоть, влажно и жадно.

— Ох, да... пожалуйста, ещё, — выдохнула Алиса, зажмуриваясь.

Она была так близка к камере, что я мог разглядеть каждую капельку пота на её ключицах. Блондин начал целовать её шею, спускаясь всё ниже, пока она не обхватила его руками за голову, притягивая к себе. Её тело выгибалось дугой, и в этот момент я почувствовал, как мои джинсы стали мне тесны.

Осознание того, что передо мной моя дочь в такие интимные моменты, сначала смутило, но затем смущение сменилось возбуждением. Я сел на край крышки унитаза, не в силах оторваться. Смуглая рука другого парня скользнула между её бедер, и Алиса вдруг резко вдохнула, выставив колени. Она начала двигаться, ритмично и уверенно, принимая его в себя с таким видом, будто всю жизнь только этого и ждала.

Я непроизвольно расстегнул ширинку. Мои мысли путались. Я представлял, каково это — чувствовать её тепло, слышать её стоны так близко. Моя рука сама собой обхватила член, который уже давно требовал внимания.

— Черт, — выдохнул я, глядя, как один из них delivers мощный толчок, от которого Алиса вскрикнула, запрокидывая голову.

Я начал двигать рукой, стараясь подстроиться под ритм на экране. Кожа была горячей и влажной от пота. Звуки вокруг исчезли — осталась только эта картинка и этот звук. Её кожа была белой, почти прозрачной, а там, где её касались, расплывались алые пятна.

— Еще... сильнее... — срывалась на шепот Алиса, вцепляясь пальцами в плечи блондина.

Я ускорил темп, чувствуя, как в паху нарастает невыносимое давление. Её тело на экране извивалось, она сжимала одного, обхватывая второго ногами, и оба они, кажется, были готовы взорваться. Её лицо, полное блаженства и боли одновременно, заставило меня сжать кулак сильнее.

В какой-то момент всё слилось в одно. Лица, стоны, запах дешевого мыла в моей ванной и густой, тяжелый аромат похоти, который, казалось, просочился из экрана. Когда Алиса с резким вскриком выгнулась и замерла, её тело задрожало в экстазе, а парни одновременно с ней закончили, тяжело дыша и прижимаясь к ней.

Я закрыл глаза, чувствуя, как по джинсам и руке растекается горячая жидкость. Тяжелый выдох вырвался из моих легких. Всё напряжение дня, всё раздражение и усталость ушли, оставив после себя лишь пустоту и странное, почти депрессивное спокойствие.

Потоптавшись, я выключил экран, вытерся салфеткой и застегнул одежду. На дольше я оставаться в туалете не мог. Выйдя в коридор, я увидел Алису — она сидела в гостиной с книгой, спокойная и тихая.

— Привет, пап, — сказала она, даже не поднимая глаз.

— Привет, — буркнул я, проходя мимо неё в свою комнату.

Мне было неловко смотреть ей в глаза, но в душе я чувствовал странную благодарность. Мы никогда не говорили об этом, но теперь я знал о ней что-то такое, что сделало её в моих глазах живой и настоящей. И, черт возьми, чертовски привлекательной.